Такой вывод естественно напрашивается, если посмотреть, что происходит с ценами на длинном временном отрезке, считает главный редактор Agrotend.ru Николай Лычёв.

В данном случае на 10-летнем отрезке (2012-22), данные ИНП РАН – см. график. Цифры даны в сравнении с общей по нацэкономике инфляцией, составившей в это десятилетие 99%. То есть она принята за точку отсчета.

Итак, вверху графика – алкоголь, табак и продукты. Для сравнения, одежда, обувь и услуги связи, напротив, реально подешевели. При этом добавлю как пользователь – ассортимент, качество и скорость услуг связи заметно выросли – уже обсуждается запуск сетей 5G. Подобных массовых инноваций в продуктах питания b2c нет, и не предвидится. Именно массовых, а не хайпа вроде запуска разнообразных, но ультранишевых растительных альтернатив.

Ниже общей инфляции еще и, например, общепит и бытовая техника. А также, как ни удивительно, услуги ЖКХ и газ, где, в отличие от высококонкурентного агросектора, господствует чистый монополизм. Все эти товары и услуги за 10 лет стали намного доступнее.

Но, в отличие от всего упомянутого, АПК ориентирован на базовые потребности человека, и это его фора. Не поменять пару обуви вы себе позволить еще как-то можете (скажем, починить). В кафе и рестораны можно вовсе не ходить. А вот есть нужно минимум трижды в день. В результате, по оценке того же ИНП РАН, половина россиян тратят на продукты 40-48% бюджетов домохозяйств. Заметьте, эти 50% – т.н. нижние децильные группы, т.е. самые малообеспеченные, включая бедных. Сравните – на обувь и одежду у них уходит 8% бюджета, на услуги связи – всего лишь 5-6%.

Одним словом, пока «еда съедает доходы». Да нет – не «пока», а «до сих пор»: адресной поддержке АПК уже много лет. Это как-никак 17 лет, если считать с первого национального проекта (2006-2007), и не один десяток триллионов государственных рублей. И эти инвестиции не перелагаются в бесспорное общественное благо в виде большого количества качественной и недорогой еды. Да, страна обеспечена или в основном всем своим – от сахара и масла до мяса, молока и овощей, и это большой прорыв. Но полные прилавки – это еще не всё.

Вы скажете мне – нет высоких цен, есть низкие доходы. Цинично, и отчасти так. Но вывод в другом. Рост экономической доступности еды – включая прямую поддержку потребителя (food stamps, адресные дисконтные карты, любые другие работающие мире формы) – должен стать безусловным приоритетом аграрной политики на среднесрочную перспективу. И в центре этой политики должен быть человек.